App Store Google Play

Як політтехнологи плетуть передвиборні сітки зі скупки голосів і чи можна їх розірвати

15.07.2016 16:40
Як політтехнологи плетуть передвиборні сітки зі скупки голосів і чи можна їх розірвати
"Мне удалось купить базу данных жителей округа за копейки. Продали политтехнологи, которые работали в этом городе в прошлом. Это позволило мне выстроить Сетку, по которой я куплю голоса», — рассказывает «Стране» один из руководителей избирательной кампании кандидата в депутаты на внеочередных выборах, которые состоятся 17 июля.

«В люмпенизированных слоях населения уже сложилась целая субкультура продажи собственных голосов на выборах. Считается, что, если прошли выборы, а ты не сумел продать свой голос,— ты лох», — говорит еще один политтехнолог Дмитрий, называющий себя «специалистом по контролируемому голосованию». Причем работает он на этой ниве с конца 1990-х годов.

По его словам, за последние два года уровень «продажности» процесса всенародного волеизъявления заметно вырос. «И дело не только в падении доходов населения, — считает Дмитрий. — Раньше стержнем предвыборной борьбы была конкуренция между условным провосточным и прозападным лагерями. Поэтому было много людей, готовых идти голосовать за идею. После Майдана провосточный лагерь обнулили, а прозападный перессорился внутри себя и взаимно дискредитировался. Избиратель дезориентирован и разочарован во всех политсилах, разницы между которыми он не видит. Это снимает моральные барьеры перед продажей своего голоса».

О том, что такое Сетка, и как по ней продают голоса, избиратель может и не знать. Простым языком: Сетка — это когда технологи кандидата скупают голоса при помощи многоступенчатой сети избирателей, выстроенной на местах. «Это хрестоматийный пример использования технологии подкупа избирателей. В классическом понимании для использования этого инструмента избирательный штаб кандидата нанимает на работу агитаторов, которые сразу получают аванс, а остальную премию — после выборов. Задача агитаторов — привлечь к работе как можно больше людей, за каждого из которых в итоге они получат бонус», — рассказывает «Стране» адвокат Андрей Смирнов.

Гражданская сеть «Опора» уже призвала правоохранителей не допустить разворачивание технологий подкупа избирателей на довыборах депутатов Рады.

«Подкуп избирателей, прямой или не прямой, становится особенно рискованным и негативным по своим последствиям в последние недели перед днем голосования или даже в последние дни... Правоохранители должны проявлять особое внимание к деятельности субъектов избирательного права и не допускать разворачивание технологий или пирамид по подкупу избирателей», — заявил аналитик сети «Опора» Александр Клюжев.

«Страна» разбиралась в эволюции технологий подкупа и фальсификаций на выборах, поговорив с людьми, которые занимались этим ремеслом последние лет 20.
 
Три составных части несвободного волеизъявления
 
«Давай разберемся в определениях, чтоб потом не путаться, — советует Дмитрий. — То, что вы называете фальсификацией, мы, специалисты, называем «контролируемым голосованием». Упрощенно, этот процесс сводится к трем разновидностям. Первое — принудительное голосование. Например, есть село с хозяином, который все контролирует, платит зарплату, и другой работы в селе нет. Он говорит, за кого голосовать, и люди, как правило, следуют его совету. Потому что хозяин. Второе — фальсификация протоколов через контроль над избиркомами. Если ты контролируешь целиком всю избирательную комиссию и оппозиция не стоит у тебя над душой с телекамерами, то, как голосует народ, имеет очень приблизительное значение. Сверху спускается план. Его рисуют затем в протоколах, которые все, кому надо, подписывают. Если нет оппозиции, то некому и требовать пересчета. И третий вариант — когда подневольного электората под рукой нет, а на округе и в комиссиях — конкуренция, тогда приходится пускаться во все тяжкие — подкупать электорат. Раздавать гречку, заключать социальные договора. Ну и запускать главное предвыборное оружие последних лет — Сетку».
По словам Дмитрия, очень часто используются комбинации из этих трех вариантов. Меняются, со временем, и технологии «несвободного волеизъявления».
 
Заря фальсификаций
 
Результаты выборов в Украине начали фальсифицировать, как только разрушилась советская монополия «единого блока коммунистов и беспартийных». Правда, в начале 1990-х это были очень кустарные технологии и, в основном, заключались в том, что находился влиятельный на местности человек, который организовывал подневольное голосование.

В середине 1990-х в политику пошли бандиты и нувориши, что привело к первым попыткам системной работы с подкупом избирательных комиссий и электората. В этом плане показательными были выборы парламента и губернаторов в 1994 году, а также выборы в Раду в 1998 году. Именно тогда пришла из России интересная технология «карусели». Это когда на избирательный участок заходит один человек и выносит оттуда пустой бюллетень. Его заполняет специальный человек и отдает следующему избирателю, который бросает заполненный бюллетень в урну, а взамен приносит чистый. И так далее.

Правда, тогда технологии давали частый сбой. Например, почти вся элита Донецкой области в 1994 году поддержала на выборах президента Леонида Кравчука. А народ в регионе все равно проголосовал за более идейно-близкого Кучму. А в 1998 году партия власти, НДП, еле преодолела 4%-й барьер на выборах в Верховную Раду.

Но опыт множился, и к выборам президента в 1999 году специалисты по «контролируемому голосованию» пришли уже во всеоружии.

«Выборы президента в 1999 году были первыми, на которых применялись тотальные фальсификации в общенациональном масштабе в пользу действующего президента Леонида Кучмы, — говорит Дмитрий. — Во-многом они стали переломным моментом для политического процесса в стране, так как приучили элиту к мысли, что результаты любых выборов можно правильно «переписать». Главной технологией тогда был тупой вброс бюллетеней и переписывание протоколов избирательных комиссий по спущенному сверху плану. Именно поэтому, например, в Донецкой области во втором туре более 50% проголосовало за Кучму. Сверху спустили такие цифры, пригрозив увольнением губернатору Януковичу, если тот не обеспечит «правильный» результат. Конечно, большую роль сыграла пассивность Петра Симоненко, который стал удобным противником для власти и даже не думал как-то оспаривать результаты выборов и бороться за результат».

Впрочем, уже на следующих выборах — парламента в 2002 году —ситуация серьезно изменилась.

Во-первых, произошла революция в процессе формирования избирательных комиссий — ключевого звена в технологии фальсификаций. Если ранее их формировали местные органы власти, то теперь — представители партий (с приоритетом тех, кто представлен в парламенте). Это подвигло региональные элиты (в первую очередь — донецкую элиту) идти в большую общенациональную политику, а также породило новый вид бизнеса — продажу партиями своих квот в избирательных комиссиях. Впрочем, расценки поначалу были еще божеские. Так, квота одной, довольно немаленькой, партии во всех избиркомах Донецкой области была продана региональным властям (работавшим на блок «За Единую Украину») за $50 тысяч.

Во-вторых, в стране после кассетного скандала произошел раскол элиты. Часть ее поставила на Виктора Ющенко как будущего президента. Другая часть продолжала группироваться вокруг Кучмы. Третья, четвертая, пятая и т.д. части пытались раскрутить своих кандидатов —Виктора Медведчука, Виктора Януковича и прочих. Соответственно, раскололся и админресурс. В итоге каждый проводил фальсификации там, где у него получалось.

«Наша Украина» Виктора Ющенко тотально контролировала процесс голосования на Западе страны и, отчасти, в центре. Кроме того, многие избиратели за нее голосовали совершенно искренне, в надежде на перемены. СДПУ (о) обеспечила себе хороший результат в Закарпатье. Блок «За Единую Украину» набрал очень много голосов в Донецкой области, где на него работала местная элита. А суровые рабочие днепропетровских заводов зятя Кучмы Виктора Пинчука, например, неожиданно проголосовали за модно-молодежную «Команду озимого поколения», которую финансировал Пинчук.
 
Битва-2004
 
Выборы 2002 года стали репетицией выборов президента 2004 года, когда и случился самый главный скандал, связанный с фальсификациями, приведший к Майдану, отмене результатов второго тура и назначению третьего тура.

«Основной смысл был такой, — рассказывает Дмитрий. — Страна очень четко поделилась на два лагеря. Причем потенциальных избирателей и у Януковича, и у Ющенко было почти поровну. Поэтому технологи с обеих сторон пришли к выводу, что выиграет тот, кто в наибольшей степени мобилизует свой электорат. При этом элита на самом деле вокруг Януковича не консолидировалась. На Западе Украины вообще все были против. В Центре многие выжидали, чья возьмет. Поэтому нельзя сказать, что у Януковича была монополия на админресурс. Но Янукович вел себя как слон в посудной лавке, тупо подставляясь. Например, во втором туре была команда накрутить явку. И по Донецку на некоторых участках она доходила до 100%. При этом протоколы грубо переписывались, за Ющенко ставили нули, что сразу же раскрывало фальсификации. Но вершиной маразма штаба Януковича стала афера с открепными талонами, по которым голосовали тысячи людей по всей стране. До сих пор никто не знает, сколько их выдали по факту. Очень сомневаюсь, что их было восемьсот тысяч (именно такой был разрыв между Януковичем и Ющенко во втором туре.—Прим. Ред.). То есть и без них бы Янукович стал победителем. Но открепные талоны дали уникальный по своей очевидности факт фальсификаций, чем Виктора Федоровича и припечатали. Но со стороны Ющенко были тоже не святые люди. К тому времени на Западной Украине уже процветала массовая трудовая миграция. Сотни тысяч, если не миллионы, людей уехали на заработки за границу. А явка там достигала 90%! Естественно, без манипуляций такое невозможно».
 
Рождение Сетки
 
На последующих выборах в парламент в 2006 году роль подкупа избирателей была не очень велика. Во-первых, народ был идеологически заряжен, а потому его и не требовалось стимулировать искусственно. Во-вторых, применялись более грубые и простые методы типа переписывания протоколов через контроль над избиркомами.

Исключением стал город Киев, где в 2006 году прошли выборы мэра, на которых неожиданно победил Леонид Черновецкий. Будучи, вопреки распространенному мнению, человеком весьма практичным, он рассудил, что такое серьезное дело, как голосование, нельзя пускать на самотек и надеяться, что эффективная реклама и щедрые обещания и так приведут электорат к избирательным урнам. Тем более, что в то время Черновецкому не под силу было тягаться с действующим мэром Александром Омельченко в админресурсе, а потому он не мог контролировать избиркомы.

Поэтому Леня — Тогда Еще Не Космос — пошел другим путем. А именно: начал создавать Сетку. Иными словами, сеть избирателей, заранее прикормленных и готовых пойти и проголосовать.

Прикармливали чем придется: деньгами, продуктовыми наборами, добрым словом. Но Сетку создали и взяли под контроль. Ко дню голосования в штабе Черновецкого были четкие цифры: сколько в каком районе за него проголосуют гарантированно. Сетка не подвела. Результат оказался феноменальным.

Опыт Черновецкого произвел сильное впечатление на политтехнологов. Уже во время досрочных парламентских выборов 2007 года Сетки были широко запущены по всей стране.

«На выборах 2007 года я лично и столкнулся с Сеткой, — вспоминает Дмитрий.— Ее массово использовали как мелкие партии, чтобы пробиться в Раду (и у одной из них это получилось), так и крупные партии, чтобы нарастить результат. Но и старые-добрые методы также были в ходу. Интересно, например, было наблюдать за итогами выборов во Львовской области. В 2006 году избиркомы там взяла под контроль «Наша Украина» Виктора Ющенко. И победила. А в 2007 году избиркомы оказались под Юлией Тимошенко и победил БЮТ».

Последующие выборы шли примерно по тому же сценарию: противостояние между Партией регионов и «оранжевыми» партиями и политиками, приправленные комбинациями по фальсификации результатов с обеих сторон. Но что важно понимать: на каждых выборах была партия власти. Однако была и сильная оппозиция, которая не давала власти пойти вразнос. Были районы, где преобладание одной из политсил было тотальным.Но в большинстве регионов формировались реальная конкуренция и взаимный контроль.

И это было важнейшим сдерживающим фактором для запуска технологий «контролируемого голосования».

Но, с другой стороны, в 2012 году вернули мажоритарную систему выборов, что резко увеличило степень их продажности. «В масштабах одного округа каждый конкретный кандидат может, при наличие на то ресурса, просто купить себе победу, запустив локальную Сетку, — говорит Дмитрий. — В масштабах всей страны, когда идут выборы по партийному списку, это сделать намного сложнее. Кроме того, именно на мажоритарных округах шло самое массовое и беспардонное использование админресурса, переписывание протоколов и прочий предвыборный беспредел».
 
Время после Майдана
 
Ситуация поменялась сразу после Майдана. Партия регионов исчезла как серьезная политическая сила, и ее избиратель оказался по большей части бесхозным.

На президентских выборах в мае 2014 года основная борьба развернулась между двумя промайдановскими политиками — Юлией Тимошенко и Петром Порошенко, причем почти вся элита консолидировалась вокруг последнего (чего, кстати, в Украине не было, начиная с 1999 года). Поэтому совсем неудивительно, что Порошенко победил в первом же туре. Насколько реально он набрал более 50%, либо ему «дотянули» — этого уже никто точно не скажет. Потому как в сам момент голосования некому было хватать за руку. Тимошенко была уже слишком слаба, а другой оппозиции не существовало.

«Когда нет настоящей оппозиции, поставить под свой контроль избиркомы кандидату-фавориту очень легко, — говорит Дмитрий. — У меня есть своя методика определения того, когда протоколы заполняются по плану сверху, а не исходя из реального волеизъявления. На одном округе разброс между участками за кандидата-фаворита должен быть не более 5%. Я специально как-то изучил данные голосования в одном из городов Центральной Украины по выборам президента в 2014 году. На всех участках, кроме одного, победил Порошенко. Причем как под копирку — везде разница менее 5%. А вот на одном участке победила Тимошенко. Думаю, что за черт! Поднял адреса, и оказалось, что там расположена тюрьма! Тоже, получается, контролируемое голосование, но за Юлю».

Парламентские выборы 2014 года прошли в той же парадигме, только партия власти раскололась на две составляющие: Блок Петра Порошенко и «Народный фронт». Последний был создан всего за пару месяцев до выборов, но смог взять первое место.

«Не иначе как сеансы предвыборной магии помогли выстроить правильные цифры в протоколах избиркомов, — иронизирует Дмитрий. — А главный маг в «Народном фронте», как говорят, Николай Мартыненко».

На парламентских выборах 2014 года очень широко использовались Сетки и прочие разновидности подкупа избирателя (благо мажоритарную систему не отменили). Обнищавшее население, уже порядком разочаровавшееся во всех партиях, охотно торговало своими голосами.

Хотя с некоторыми участниками выборов вера в подкуп сыграла злую шутку. «Была такая партия «Заступ», — говорит Дмитрий. — Проект на деньги Сергея Арбузова (бывший первый вице-премьер при Януковиче. — Прим.Ред.). Одни шустрые ребятки убедили Арбузова, что могут бросить Сетку по всей стране и собрать 5% голосов. На это взяли не то $30 миллионов, не то $50 миллионов. Сетку, действительно, бросили. Но результат едва дотянул до 2,7%. Этот пример показал, что Сетка сама по себе не работает. К ней нужен еще административный ресурс и влияние на избиркомы. Так, «на дурняк», голоса вагонными нормами в общенациональном масштабе купить не получится».

Впрочем, чаще всего до подкупа дело даже не доходило. Все решалось путем внесения правильных цифр в протоколы избиркомов.
 
Триумф Сетки
 
По мнению опрошенных нами политтехнологов, местные выборы 2015 года стали настоящим триумфом сетевых технологий подкупа избирателей.

Благо, к этому располагала сама система голосования, которая была впервые внедрена на этих выборах. Это так называемые «открытые списки». То есть имеется как бы партийный список, но за каждым его участником закреплен конкретный округ. И проходят те кандидаты, которые набирают больше всего голосов среди всех членов списка.
То есть, имела место не только внешняя, но и внутренняя конкуренция. А значит, кандидаты могли гарантировать свое прохождение только одним образом — набрав аномально большой процент. Тут на помощь и приходила Сетка.

Тем более, что экономический кризис и рост тарифов вынуждали многих людей участвовать в схемах подкупа.

«Уже по досрочным выборам в Раду на 205-м округе в Чернигове, где схлестнулись Геннадий Корбан с гречкой и Сергей Березенко с Сеткой, стало понятно, что выборы будут очень веселые, — говорит Дмитрий. — Но я даже не подозревал — насколько».

«Чуть ли не на каждой встрече с избирателями ко мне подходили люди и говорили, что у них есть сетка из 200–300 человек, которая за меня может проголосовать. Я не велся, опасаясь провокаций. Но был удивлен доступностью услуги», — вспоминает один из кандидатов в Киевраду в 2015 году.

По подсчетам Дмитрия, процент «мотивированного» электората, который пришел на участок, в некоторых городах превышал 30–40%.

«Поэтому могу сказать, что результат местных выборов 2015 года во-многих регионах был кардинально искажен системным подкупом и не может считаться отражением реального волеизъявления избирателей», — утверждает Дмитрий.

По его словам, не являлась исключением и столица. «Здесь за Сетку развернулась настоящая конкурентная борьба, — говорит политтехнолог. —Изначально на нее сделал ставку Думчев. Подтянулись и другие партии. Сложилась цена в 500–600 гривен за голос, которые платились организатору Сетки. Но затем в процесс резко вмешался Блок Петра Порошенко. Точнее, даже не Блок целиком, а отдельные, наиболее серьезные, кандидаты от него. Они выставили цену в 1000 гривен, припугнули «сеткарей» правоохранительными органами и перекупили почти всех, обеспечив себе уверенную победу на выборах. Остальным, естественно, деньги никто не вернул».

Своим опытом покупки Сетки поделился и один из кандидатов в Киевраду.

«Через проверенных людей вывели на Сетку, — говорит кандидат. — Заплатили по 500 гривен за голос. Купили 3000 избирателей. Это должно было нам дать как минимум 30%, что для моей партии выше крыши. В итоге за меня проголосовало 400 избирателей. Я в шоке. Иду к человеку. Он божится, что всем деньги раздал и все должны были проголосовать, и говорит: «Не веришь? Вот тебе телефоны людей из нашей Сетки, позвони сам спроси». Обзваниваю. Все уверяют, что голосовали за нас. Думаю, где подвох. Потом осенило. Мой человек звонит по тем же номерам и представляется другой партией. И все снова говорят — да голосовали. И так еще пару раз проверил. Короче, Сетку продали сразу нескольким партиям, а проголосовала она реально за БПП, который победил на округе с огромным отрывом — от этой партии тут шел видный застройщик».

На будущих довыборах в Раду Дмитрий прогнозирует не меньшую вакханалию с подкупом. «Для большинства избирателей эти выборы по мажоритарным округам ничего не значат и не выглядят судьбоносными. Активность поэтому будет небольшая и бал снова будет править Сетка», — прогнозирует политтехнолог.
 
Как работает Сетка
 
Сетку можно построить с нуля, а можно купить уже готовую, рассказывают политтехнологи.

«Свою Сетку создают по телефонным базам, базам пенсионного фонда или через различные акции, типа заключения договоров социальной помощи, записи на встречах с избирателями и прочее. Но проще всего купить базу данных с прошлых выборов у того, кто занимался такими схемами. Стоимость — от $5 тысяч до $20 тысяч. В этом году демпинговали. Базы по Чернигову вообще дарили, потому что год назад там проходили выборы, и предыдущие списки еще сохранили актуальность», — рассказывает политтехнолог Александр, работавший по 205-му округу в Чернигове.
На следующем этапе формируется цена голоса. «Стоимость голоса колеблется от 200 до 500 гривен — в зависимости от региона. — В Киеве и крупных городах иногда может доходить и до 1000 гривен», — говорит Александр.

Сама Сетка существует по принципу трехуровневой пирамиды. Причем указанные суммы платятся на вершине этой пирамиды, а до избирателя доходит в лучшем случае половина.
«Первая ступенька в Cетке — тысячники. Под каждым еще по 10 человек. Это уже сотники. Под сотниками — десятники. Это нижнее звено, которое непосредственно контактирует с избирателями. При этом, при покупке Сетки, сразу закладываются потери. Например, нужно собрать 20 тысяч голосов. Но для этого тебе нужно выстроить сеть минимум в 30 тысяч голосов. Потому что кто-то не придет, а кто-то придет, но проголосует не за того», — рассказывает Александр.

«По идее, сотники и тысячники должны вести учет и контролировать приход участников Сетки на участок, — говорит один из технологов. — Половина суммы людям дается сразу, еще до голосования. Оставшаяся половина — после. Под роспись. Но это в идеале. На практике бывает по-разному. Теряется как минимум 20–30%.Даже если ты привел на участки всю свою Сетку, то как минимум каждый пятый тебя обманет и проголосует за другого кандидата. Но большинство голосует как надо. У людей есть понимание, что если Сетка покажет плохой результат для заказчика, то больше к ним не обратятся».

Более продвинутой и эффективной разновидностью Сетки в последние годы стала технология заключения договоров. Например, когда с избирателем штаб заключает формальный договор на весь период кампании в 200–300 грн. якобы за агитацию, распространение газет и прочее. Ровно половину избирателю обещают выплатить в виде условного бонуса в случае победы кандидата. Такие договора втягивают избирателя в формат «партнерства»: человеку дают деньги не за голос на выборах, а за работу. Это как бы совсем иная ситуация. Не подкуп, а плата за работу. С моральной точки зрения многим ее легче принять. Да и с точки зрения закона не подкопаешься.
Еще один пример - "Письма Микитася", придуманные штабом кандидата-застройщика, баллотирующегося по 206 округу в Чернигове. Принцип - тот же, что и в случае с социальными договорами Березенко. Впрочем неудивительно. Кампанию Микитася обслуживают частично те же люди, что и делали кампанию провластного кандидата в прошлом году.
Во время нынешней избирательной кампании пошли дальше и адаптировали соглашения под потребности электората. Например, партия «Наш край» выдает карточки социальной помощи.
На соцкарты перечисляются деньги — якобы для компенсации расходов на электроэнергию. Карточку выдают от имени благотворительного фонда «Луганщина— Наш Край» и сообщают: «Благотворительный фонд работает над расширением возможностей Вашей карточки». И в ближайшее время на карточке появятся деньги, которые можно будет потратить на коммунальные платежи и на продукты».
Иными словами, потенциальному избирателю дают понять, что деньги будут перечислены в будущем. Как правило, так намекают на вторую часть оплаты, которая поступит после того, как человек проголосует на участке в пользу нужного кандидата. При этом кандидат изначально снимает с себя ответственность, если денег вдруг не будет, косвенным уточнением в одной из рекламных листовок: деньги на карту будут перечисляться по мере наполнения благотворительного фонда.
Технологии Сетки совершенствуются постоянно. Но они имеет и свои ограничения.

«Сетка работает только при условии, если у вашего противника нет полного контроля над избирательными комиссиями и над правоохранительными органами, — говорит Дмитрий. — Если он есть, тогда Сетка бессмысленна. Полиция «хлопнет» ее еще до дня выборов, а избиркомы все равно не учтут голоса, которые за вас отдали. Да и вообще, скорее всего, Сетка, если вы берете готовую, даже не будет в такой ситуации на вас работать. Ее скупит на корню представитель власти, и «сеткари» с удовольствием к нему перейдут. Никому рисковать не хочется. А если попробуете строить свою Сетку, заключать всякие там договора, не имея силовой или административной «крыши», то вас «примут» очень быстро и будут показывать по всем телеканалам как негодяя, который пытался подкупить избирателя. В наших условиях Сетка - это, как правило, инструмент провластных кандидатов, когда у них нет возможности поставить под свой тотальный контроль избиркомы».

О схемах подкупа на выборах знает и гендиректор Комитета избирателей Украины Алексей Кошель. «Главная проблема, почему невозможно поломать эти сетки, в том, что очень сложно доказать факт подкупа. Если кандидат собирает в одну группу знакомых, родственников, коллег, по количеству людей он уже может построить такую схему, которая по коррупционном пути через раздачу товаров и услуг может принести ему дополнительно голос на выборах», - говорит Кошель.
 
Барьер для продажности
 
Можно ли бороться с технологиями фальсификаций и подкупа? Политолог Дмитрий Касьянов, который возглавил избирательный штаб Березенко на выборах по 205-му округу в 2015 году, считает, что сейчас это практически невозможно, поскольку этого не хотят сами кандидаты, претендующие на место во власти.
«Они сами надеются стать коррупционерами и оседлать эти схемы. Пока не запустится партийный социальный лифт — а именно внутрипартийная конкуренция,— все это будет продолжаться. Надо чтобы партию было создать очень дорого даже для олигархов, а внутри партии существовало иное мнение и лидера могли снять или отдать под суд за такие дела. Должны быть ограничения по каденциям депутатов и мэров, иначе нет социального лифта, нет обновления. А есть мудрость — ой, хитрость — и интрига, они же обладают инстинктом самосохранения и постоянно под себя адаптируют среду своего коррупционного обитания», — говорит Касьянов.

Доказать вину самого кандидата при скупке голосов практически невозможно, этим занимаются агитаторы в «полях», в свою очередь уточняет Смирнов. «Бороться можно, но очень сложно. А вот рассмотреть вопрос политической ответственности, из-за которой кандидат снимается «с пробега», — куда эффективнее. При этом важно учесть, что если кандидат представлен в избирательной гонке политической силой, то в случае, когда штаб кандидата уличен в скупке голосов, политсила не имеет права выставлять другого кандидата от неё», — говорит адвокат Смирнов.

У Дмитрия свой взгляд на этот вопрос. «Если б мне кто-то заплатил денег за совет, как уменьшить степень продажности выборов, то я бы первым делом отменил бы мажоритарную систему и ввел бы 100% пропорциональную систему. Но только не ту профанацию, что была на местных выборах, а обычные партийные списки, — говорит политтехнолог. — Второй момент — нужно ввести жесткую коллективную ответственность. То есть, наказывать за подкуп не только отдельных кандидатов, но и всю партию целиком, которая их выдвинула. Пусть на воду дуют и боятся даже думать. Но корень проблемы — в отсутствии реальной политической конкуренции. Спросите у людей, чем идеологически отличается «Самопомощь» от Блока Петра Порошенко или «Народного фронта»? А «Батькивщина» от Радикальной партии? Только фамилиями своих лидеров и степенью приближенности к власти. Поэтому искренних сторонников той или иной политической силы очень мало. Посмотрите на опросы — у всех рейтинг не превышает 10–15% от общего числа избирателей в лучшем случае! Когда в стране вновь появятся политические силы, за которые готовы будут искренне голосовать миллионы людей и которые будут достаточно сильны, чтобы в большинстве регионов дать по рукам власти, когда та попытается взять под контроль избиркомы, вот только тогда ситуация изменится кардинально».

«Единственная возможность хоть как-то поломать Сетку - поменять избирательное законодательство, сделав его пропорциональным — с открытыми региональными списками, — сказал «Стране» заместитель председателя Центральной избирательной комиссии Андрей Магера. — Только это ударит по коррупции на выборах и персонифицирует голос избирателя. У технологов попросту отпадет необходимость в сетках».
 
Страна.ua


Hoвини Join

Погода, Новости, загрузка...
Максим Мірошниченко

Історичні міфи

Мало хто знає, що Дніпро/Дніпропетровськ/Катеринослав мав назву Січеслав. Ще меньше людей знають, що це - міф. Ще меньше людей розуміють що міфи - це основне, що доходить до масової свідомості з істор...
Максим Мірошниченко

О полиции и провокаторах

Полиция действовала на определенной стороне. Не нашей. Так будет несколько лет. Несколько лет вилкулы будут свозить сюда титушню от Бахмута до Кривого Рога. Проныривать в Днепре и подмучивать электора...
Васіліса ТРОФИМОВИЧ

Про деда и победу

Да, кстати, я сама из семьи орденоносных военнослужащих. Не деда, а дедов, прадедов и бабули. Которые прошли Вторую мировую и часть из которых - в братских могилах.Но. Нет никакого праздника. Нет "вра...
Альтернатива парламенту є! Це - Рух "Справедливість"!Альтернатива Порошенку є! Це - Наливайченко!Вдруге ми - Рух "Справедливість" - приймаємо участь у виборах до #ОТГ. Вдруге пишаюся нашою командою!Тр...
Рік тому прем’єр Володимир Гройсман заявив: Кабмін втілить антикризовий план дій. Програма його уряду містила багато обіцянок і гасел, але мало конкретних цифр. Рік потому країна побачила: попул...
В последнее время вокруг стал замечать тотальную усталость людей. Нашего актива от всех этих движух. Заключение на первый взгляд не новое, но и руку на пульсе я держу не всегда и только с осени 2016-г...